СУГУБО ДОВЕРИТЕЛЬНО 4 страница. В переговорах Громыко проявлял большое упорство и настойчивость

В переговорах Громыко проявлял большое упорство и настойчивость. Если у него была запасная позиция по тому или иному вопросу, то он раскрывал ее лишь тогда, когда партнер по переговорам уже собирался встать из-за стола, чтобы закончить беседу. Впрочем, эта черта его порой переходила в крайность, т. е. в недостаточную гибкость, что задерживало подчас своевременное достижение необходимых договорен­ностей.

Вместе с тем Громыко не был сторонником ненужных и опасных конфронтации, особенно с США. Он настойчиво боролся против угрозы новой войны, особенно ядерной, за заключение соглашения по ограничению вооружений. Это, впрочем, не мешало ему быть видным советским „рыцарем" „холодной войны", особенно когда он СУГУБО ДОВЕРИТЕЛЬНО 4 страница. В переговорах Громыко проявлял большое упорство и настойчивость считал, что нашим интересам угрожает империализм. Он был идейным коммунистом и верил в конечную победу идеалов коммунизма.

Все это было прочно заложено в его мышлении и кодексе его поведения. Когда же новые события и быстрые преобразования в мире потребовали нового подхода к внешней политике страны, он продолжал оперировать старыми категориями и незаметно для себя стал тормозом в деятельности советской дипломатии, которой он руководил столько лет. Под конец он сам почувствовал это и внутренне переживал, но переделать себя уже не мог. В этом была личная трагедия Громыко, крупного политического деятеля советского периода.

В человеческом плане могу засвидетельствовать, что, несмотря СУГУБО ДОВЕРИТЕЛЬНО 4 страница. В переговорах Громыко проявлял большое упорство и настойчивость на свою внешнюю суровость, это был, скорее, доброжелательный человек, который мог проявлять определенную лояльность в отношении своих сотрудников. Его высокая профессиональная компетентность и преданность делу, несмотря на его недостатки, вызывали уважение в МИД, а также у коллег -министров других стран.

В связи с отстранением Громыко встал вопрос о назначении нового министра. Как рассказывали мне потом некоторые члены Политбюро, Горбачев заявил, что в аппарате МИД имеются достойные кандидаты, крупные дипломаты - Корниенко, Добрынин, Червоненко. Однако, продолжал он, этот важный участок работы должен быть непосредственно в руках партии.

И совершенно неожиданно для всех он предложил на этот пост Шеварднадзе, первого секретаря СУГУБО ДОВЕРИТЕЛЬНО 4 страница. В переговорах Громыко проявлял большое упорство и настойчивость коммунистической партии Грузии, дав ему высокую характеристику. Это действительно изумило многих членов Политбюро. Шеварднадзе никогда не занимал никаких постов в Москве, был

ПРЕЗИДЕНТ

РОНАЛЬД РЕЙГАН


все время „в провинции". Кроме того, он не имел никакого дипломати­ческого опыта*.

Однако Горбачев не придавал всему этому большого значения - со временем научится. Для него важно было иметь рядом с собой умного человека, не обремененного грузом прошлых стереотипов советской внешней политики и готового без особых возражений осуществить его новые замыслы.

Для Горбачева важно было иметь единомышленника в составе Политбюро, где далеко не все разделяли его „новое мышление" во внешней политике.

Характерен в этой связи такой эпизод СУГУБО ДОВЕРИТЕЛЬНО 4 страница. В переговорах Громыко проявлял большое упорство и настойчивость: Пономарев, кандидат в члены По­литбюро, одновременно долгое время возглавлявший международный отдел ЦК КПСС, подготовил в начале 1986 года проект международного раздела для Отчетного доклада Политбюро XXVII съезду КПСС. Когда редакцион­ная комиссия обратила его внимание на то, что проект составлен по старым образцам без попыток отобразить новый подход или элементы нового мыш­ления, то возмущенный Пономарев заявил: „Какое еще новое мышление? У нас правильное мышление. Пусть американцы меняют свое мышление. То, что говорит Горбачев за границей, так это только для них, для Запада!"



Горбачев знал, что в личном плане он мог полностью рассчитывать на Шеварднадзе. Они были хорошо знакомы СУГУБО ДОВЕРИТЕЛЬНО 4 страница. В переговорах Громыко проявлял большое упорство и настойчивость и даже дружили, когда были секретарями партийных организаций больших соседних регионов на юге страны. То, что Шеварднадзе не входил в состав кремлевского руководства, также устраивало Горбачева, так как это лишь усиливало личную преданность нового министра Генеральному секретарю.

Они быстро сработались в Москве. Вскоре тандем Горбачев -Шеварднадзе стал фактически полностью определять внешнеполитический курс страны, постепенно оттесняя на задний план весь остальной состав Политбюро, коллективное мнение которого уже не очень-то спрашивали. Это особенно ясно было видно в последние годы правления Горбачева, вплоть до ухода Шеварднадзе со своего поста в 1990 году. Впрочем, далеко не всегда действия этого „тандема" были достаточно продуманными, и Шеварднадзе СУГУБО ДОВЕРИТЕЛЬНО 4 страница. В переговорах Громыко проявлял большое упорство и настойчивость сыграл в этом свою негативную роль, хотя в целом он показал себя инициативным министром, правда, чрезмерно торопливым, как, впрочем, и его покровитель Горбачев.

На том же пленуме, на котором был решен вопрос о замене Громыко на посту министра (он оставался еще членом Политбюро до 1988 года, когда ушел на пенсию), избрали двух новых секретарей ЦК: Ельцина, недавнего первого секретаря Свердловского обкома, который должен был заниматься вопросами строительства, и Зайкова, которому поручалось курировать оборонную промышленность (впоследствии он стал главой „тройки", которая в рамках Политбюро занималась вопросами переговоров с США по ядерным и обычным вооружениям; в эту „тройку" входили СУГУБО ДОВЕРИТЕЛЬНО 4 страница. В переговорах Громыко проявлял большое упорство и настойчивость также Шевард­надзе и министр обороны Соколов, а затем Язов. Поскольку они постоянно

Вот как описывает сам Горбачев в своей последней книге „Жизнь и реформы" предварительный разговор с Громыко о его преемнике: „Громыко рассчитывал выдвинуть на этот пост кого-то из дипломатов. Говорил о Корниенко, назвал и сам же отклонил Воронцова, в то время посла во Франции. Упоминалась и кандидатура Добрынина, хотя он его не жаловал, видимо, понимал, что тот во многом ему не уступает, а может быть и превосходит". Когда же Горбачев назвал кандидатуру Шеварднадзе, то первая реакция Громыко „была близка к шоку".

СУГУБО ДОВЕРИТЕЛЬНО


спорили между собой, Зайков, по поручению Горбачева СУГУБО ДОВЕРИТЕЛЬНО 4 страница. В переговорах Громыко проявлял большое упорство и настойчивость, должен был их примирять и готовить компромиссную позицию).

В период с августа до встречи в верхах в ноябре своеобразно переплетались в наших отношениях два направления: продолжались разные конфронтационные стычки и пропагандистские обвинения и контробви­нения и одновременно велась подготовка к встрече, в которой заметную роль играла переписка между Рейганом и Горбачевым и деятельность обоих министров. Диалог шел пока в общей форме, когда речь касалась ключевых вопросов ядерных и космических вооружений. Конкретных попыток поисков компромиссов по этим вопросам, по существу, не предпринималось. В основном шла как бы „примерка" возможных сценариев встречи и ее организационная подготовка.

Будучи в отпуске в Москве СУГУБО ДОВЕРИТЕЛЬНО 4 страница. В переговорах Громыко проявлял большое упорство и настойчивость, я впервые познакомился с новым министром. Шеварднадзе произвел на меня неплохое впечатление. Подробно расспрашивал о США, об основных проблемах в наших отношениях. Обратило на себя внимание то, что его интересовали не только сами проблемы, но и возможные пути их решения на базе взаимного компромисса. Как-то получилось, что в разговоре на эту тему я с ним скорее нашел общий язык, чем бывало с Громыко, давно устоявшуюся точку зрения которого было трудно изменить. Понравилось мне и то, что Шеварднадзе не скрывал отсутствия у него дипломатического опыта и охотно задавал разные вопросы, не очень заботясь о так называемом престиже министра СУГУБО ДОВЕРИТЕЛЬНО 4 страница. В переговорах Громыко проявлял большое упорство и настойчивость. Короче, Шеварднадзе предложил мне поехать вместе с ним (для оказания ему помощи) на конференцию министров иностранных дел стран Европы, США и Канады в Финляндию (с 30 июля по 1 августа), которая отмечала десятую годовщину хельсинкского Заключительного акта.

Шеварднадзе, для которого конференция в Хельсинки была первым дипломатическим крещением, был удивлен выступлением Шульца, содержащим резкие высказывания по поводу „нарушений прав человека в СССР". Сам Шеварднадзе настраивался на более примирительную тональность. „Неужели Вам действительно было нужно произносить такую речь?" - спросил он Шульца при встрече. Министр хорошо понимал, что такого рода публичные выступления госсекретаря только осложняли усилия его и Горбачева, которые добивались в Политбюро СУГУБО ДОВЕРИТЕЛЬНО 4 страница. В переговорах Громыко проявлял большое упорство и настойчивость одобрения более гибкого курса в отношении администрации Рейгана.

Их личная встреча касалась в основном вопросов подготовки предстоя­щей встречи Горбачева и Рейгана. По существу самих проблем, разделявших обе стороны, каких-либо изменений в свои известные позиции министры не внесли. Вместе с тем тональность беседы была заметно более миролюбивой, чем при встречах с Громыко. От первой встречи с Шульцем у Шеварднадзе осталось впечатление о госсекретаре, как человеке не очень гибком. Впо­следствии, правда, он отдавал должное профессиональным качествам Шульца.

После возвращения в Вашингтон из Москвы, сославшись на поручение Горбачева, я спросил у Шульца, есть ли у администрации какая-либо конкретная концепция по СУГУБО ДОВЕРИТЕЛЬНО 4 страница. В переговорах Громыко проявлял большое упорство и настойчивость позитивному завершению встречи на высшем уровне, помимо предложения принять на встрече совместную декларацию или заявления по проблеме нераспространения ядерного оружия? Шульц признал, что они еще не готовы к обсуждению этого вопроса.

По поступавшим в посольство неофициальным данным, в госдепарта­менте по-настоящему еще не приступали к подготовке встречи. Ждали указаний из Белого дома.

ПРЕЗИДЕНТ РОНАЛЬД РЕЙГАН


Сенатор Бэрд, касаясь настроений в самом Белом доме, сообщил мне, что сейчас там развертывается активная борьба вокруг центрального вопроса: идти ли на какие-то уступки СССР в вопросе о СОИ в обмен на возможное согласие Горбачева на радикальные сокращения стратегических наступа­тельных СУГУБО ДОВЕРИТЕЛЬНО 4 страница. В переговорах Громыко проявлял большое упорство и настойчивость сил или нет.

Чем закончится эта борьба, он не берется сейчас предсказывать. По словам сенатора, в ходе этой борьбы противники договоренностей с СССР сводят дело сейчас фактически к пропагандистскому противоборству двух лидеров, в котором на данный момент советский руководитель набрал боль­ше очков, но что Рейган должен приложить все усилия, чтобы „отыграться".

Посол Хартман, который приезжал в эти дни в Вашингтон для консультаций, рассказал мне, что Рейган сейчас, в порядке личной подготовки к встрече, изучает по разным подборкам русскую и советскую историю, старается „полнее понять русскую душу", СССР и мотивы его политики, чтобы быть „на уровне" при встрече с Горбачевым. Президент СУГУБО ДОВЕРИТЕЛЬНО 4 страница. В переговорах Громыко проявлял большое упорство и настойчивость чуть ли не ежедневно листает иллюстрированные книги об СССР (толстые книги он вообще не любит читать) в дополнение к специально подготов­ленным для него сжатым официальным материалам. Больше всего он, однако, предпочитает устные доклады, а также рассказы, особенно людей, живших в СССР и тем более встречавшихся с советскими руководителями. Выбор этих собеседников, вскользь заметил Хартман, может показаться спорным, но это уже решение самого президента.

Вместе с тем Хартман признал, что по ключевым вопросам разо­ружения до сих пор нет разработанных позиций из-за разногласий в самой администрации. Сам президент пока не высказал своего окончательного мнения на этот счет СУГУБО ДОВЕРИТЕЛЬНО 4 страница. В переговорах Громыко проявлял большое упорство и настойчивость, и когда он это сделает - неизвестно.

Пока Шульц не спеша обсуждал с нами подготовку к встрече, Уайнбергер, не мешкая, двигал программу „звездных войн". 23 сентября он объявил о начале функционирования объединенного космического командования вооруженных сил США. Продолжали сказываться и интервенционистские инстинкты администрации на разных географических направлениях.

Все это вызывало раздражение в Москве. Однако Горбачев не собирался без нужды спорить с Рейганом или ставить под угрозу их встречу. Он предпочитал наращивать свою инициативу.

Шеварднадзе, который прибыл на 40-ю сессию Генеральной Ассамблеи ООН, было поручено передать Рейгану личное послание Горбачева, что и было сделано 27 сентября в Белом доме. В послании Горбачева излагались соображения в СУГУБО ДОВЕРИТЕЛЬНО 4 страница. В переговорах Громыко проявлял большое упорство и настойчивость связи с намечаемой на ноябрь встречей на высшем уровне в Женеве, а также его новые предложения, касавшиеся женевских перегово­ров по ядерным и космическим вооружениям.

Новые советские предложения в области ядерных и космических вооружений сводились к следующему.

Во-первых, СССР предлагал США договориться о том, чтобы полностью запретить для обеих сторон ударные космические вооружения и радикально, на 50 процентов, сократить свои достигающие территорию друг друга ядерные вооружения (сокращение до 6 тыс. ядерных зарядов).

Во-вторых, СССР считал возможным заключить соглашения о ядерных средствах средней дальности отдельно, вне непосредственной связи с проблемой космических и стратегических вооружений. При этом, учитывая быстрый рост СУГУБО ДОВЕРИТЕЛЬНО 4 страница. В переговорах Громыко проявлял большое упорство и настойчивость ядерных потенциалов Франции и Англии, СССР готов был вступить в прямые переговоры с этими странами по вопросам ядерного

СУГУБО

ДОВЕРИТЕЛЬНО


оружия в Европе. Сообщалось, что советские ракеты „СС-20", развернутые после июня 1984 года в качестве ответной меры на установку в Европе американских ракет средней дальности, сняты с боевого дежурства; общее число ракет „СС-20", имевшихся у СССР на боевом дежурстве в европейской зоне, равно 243 единицам. СССР полностью снял с вооружения ракеты „СС-5" и продолжает снимать ракеты „СС-4". „Европа теперь вправе ожидать ответного шага США", - говорилось в послании.

Эти предложения, которые вскоре были опубликованы, носили характер поиска компромисса и поставили администрацию США в затруднительное положение СУГУБО ДОВЕРИТЕЛЬНО 4 страница. В переговорах Громыко проявлял большое упорство и настойчивость. В результате 4 октября представитель Белого дома выступил с раздраженным заявлением о том, что США не намерены „публично" отвечать на советские предложения. На следующий день Уайнбергер вновь заявил, что администрация Рейгана „не может рассматривать СОИ как предмет переговоров с СССР". Шульц же отмалчивался.

Новые предложения Горбачева снова вызвали большие споры внутри администрации. Шульц признавал гибкость и пропагандистские преиму­щества таких предложений, предлагал ответить в том духе, что существен­ное сокращение стратегических сил СССР будет оказывать сдерживающее влияние на то, как США в будущем разместят свои стратегические оборонительные системы. Уайнбергер и Пентагон категорически возражали против этого, настаивая на осуществлении СУГУБО ДОВЕРИТЕЛЬНО 4 страница. В переговорах Громыко проявлял большое упорство и настойчивость СОИ с максимальной скоростью. При этом договор по ПРО они рассматривали как препятствие, которое следо­вало просто обойти. Рейган не стал пока принимать окончательного решения.

Споры в администрации усилились, особенно по вопросу об интерпре­тации договора по ПРО от 1972 года. Дело в том, что этот договор имел общепризнанную „ограничительную" (или „узкую") интерпретацию. Ее придерживались все администрации США до Рейгана, а также американский конгресс. Никто против этого не возражал. Однако, когда Рейган объявил о своей программе СОИ, то сразу же возник вопрос о соответствии ее договору ПРО - не выходит ли она за его рамки. Тогда сторонники СОИ в администрации заявили, что эта программа СУГУБО ДОВЕРИТЕЛЬНО 4 страница. В переговорах Громыко проявлял большое упорство и настойчивость не противоречит указанному договору, ибо у него может быть и „широкая" интерпретация, которая позволяет осуществить программу СОИ.

В этот спор об интерпретации договора втянулись не только Белый дом, Пентагон, госдепартамент и другие правительственные учреждения, но и конгресс, и пресса США.

С участием Шульца и Макфарлейна в начале октября было выработано „соломоново" решение, одобренное Рейганом. Оно сводилось к тому, что с юридической точки зрения „широкое" толкование вполне оправдано, но программа СОИ будет сейчас развиваться в соответствии с традиционной „ограничительной, или узкой" трактовкой.

Противники такого подхода сразу же отметили, что президент получает при этом право в любой удобный для него момент СУГУБО ДОВЕРИТЕЛЬНО 4 страница. В переговорах Громыко проявлял большое упорство и настойчивость отказаться от такой трактовки. Конгресс поддержал эти возражения и снова подтвердил свое старое ограничительное толкование, отразив это в бюджетных ассигно­ваниях.

Борьба продолжалась. Европейские союзники в этой связи также забеспокоились за судьбу договора по ПРО. Разумеется, СССР энергично и упорно поддерживал договор в его ограничительной интерпретации.

Наши новые предложения в области ядерных и космических вооружений сильно подкрепили и пропагандистские позиции СССР.

ПРЕЗИДЕНТ

РОНАЛЬД РЕЙГАН


Макфарлейн в неофициальной беседе со мной признался, что, по мнению президента, Горбачев ведет против него „настоящую пропагандистскую войну", надеясь, видимо, через общественное мнение США, и особенно Западной Европы, заставить Рейгана уступить в некоторых наиболее важных вопросах СУГУБО ДОВЕРИТЕЛЬНО 4 страница. В переговорах Громыко проявлял большое упорство и настойчивость ограничения ядерных вооружений. Президент отдает должное новому советскому лидеру, который в отличие от своих предшественников обладает умением использовать публичную дипломатию против своих иностранных оппонентов, настраивая против них общественное мнение собственных стран. Однако в Москве не должны переоценивать влияние общественного мнения на президента. Он упрям по характеру, и добиться от него уступок таким путем вряд ли удастся.

В целом, чувствовалось, что в Белом доме болезненно воспринимают тот факт, что, пожалуй, впервые столкнулись с ситуацией, когда их начинают бить пропагандистским оружием, которое они считали до сих пор чуть ли не своей монополией.

В начале октября у меня была неофициальная СУГУБО ДОВЕРИТЕЛЬНО 4 страница. В переговорах Громыко проявлял большое упорство и настойчивость беседа с Бушем за обедом в посольстве. Разговор носил откровенный характер. Чувствовалось, что он уже подумывал о президентстве и не прочь был делать заделы и на со­ветском направлении.

Буш прямо заметил, что твердо намерен добиваться выдвижения своей кандидатуры в президенты от республиканской партии, а затем и избрания в президенты в 1988 году. В этой связи он хотел бы установить более тесные связи с Горбачевым. Последнему, добавил он в шутку, видимо, также небезразлично, с кем придется ему иметь дело в последующие 4 года, а может быть, и 8 лет.

Сам Буш хотел бы поехать в СССР в следующем году в качестве вице-президента СУГУБО ДОВЕРИТЕЛЬНО 4 страница. В переговорах Громыко проявлял большое упорство и настойчивость и встретиться с Горбачевым. Тем самым он укрепил бы свои шансы на выборах в 1988 году, а во-вторых, постарался бы способствовать достижению в следующем .году какого-то существенного соглашения между СССР и США в области ядерного разоружения.

Говоря откровенно, сказал он, я не вижу возможности такого соглашения на предстоящей встрече в Женеве. Рейган еще не готов к важному соглашению, главным образом из-за своего любимого детища СОИ. Основное в этом вопросе - где провести ту черту, которая разделяла бы то, что можно делать и чего нельзя.

Я отметил, что договор по ПРО позволяет четко провести такую черту.

Все это, возможно СУГУБО ДОВЕРИТЕЛЬНО 4 страница. В переговорах Громыко проявлял большое упорство и настойчивость, и так, заметил Буш, но Рейган убежден („или дал себя убедить"), что такая черта должна начинаться с размещения (а не с разработки и испытания) соответствующих военных систем.

После некоторых колебаний Буш отметил еще одну черту характера Рейгана: когда он излагает заученную или признанную им (правильно или нет - другой вопрос) идею, которую он намерен рьяно защищать, то он при этом плохо вдумывается в то, что ему говорит оппонент-собеседник. Для этого ему обязательно нужно время.

Вот почему Буш считал, что первая встреча на высшем уровне должна прежде всего заложить в голову Рейгана несколько иные размышления, чем то, с чем СУГУБО ДОВЕРИТЕЛЬНО 4 страница. В переговорах Громыко проявлял большое упорство и настойчивость он приедет. Короче, потребуется вторая встреча, на которой можно будет договориться о чем-то более существенном, если не будет только каких-то неожиданностей в мире (надо признать, что Буш проявил в этом вопросе прозорливость).

СУГУБО

ДОВЕРИТЕЛЬНО


Говоря о своих трудностях, Буш отметил, что, будучи вице-президентом при Рейгане, он в значительной степени потерял в глазах общественности свою собственную индивидуальность, которая ранее делала его вполне приемлемым для людей центра и даже левее от центра. Именно такую индивидуальность хотел обрести Буш в предстоящие год-два, чтобы создать себе более широкую базу в стране. К тому же он, как никто другой, давно был связан с партийной машиной СУГУБО ДОВЕРИТЕЛЬНО 4 страница. В переговорах Громыко проявлял большое упорство и настойчивость республиканцев на местах. Буш считал, что другие возможные претенденты (Кемп, сенатор Доул и бывший сенатор Бейкер) имели меньше шансов с точки зрения и известности в партии, и международного опыта, и финансовой поддержки.

Буш в конце беседы выразил пожелание, чтобы лично Горбачев знал о сказанном им, конечно без огласки, и надежду, что ему удастся побы­вать в Москве и обстоятельно побеседовать с советским руководителем.

Я считал, что Буш является перспективным претендентом на пост президента. Об этом я и сообщил Горбачеву.

Перед поездкой в Москву для участия в подготовке к встрече на высшем уровне я встретился с госсекретарем. Шульц сказал СУГУБО ДОВЕРИТЕЛЬНО 4 страница. В переговорах Громыко проявлял большое упорство и настойчивость, что в Белом доме и госдепартаменте сейчас думают о форме заключительного документа этой встречи (совместное коммюнике или заявление). В осторожной форме он высказал мнение, что, возможно, ему следует поехать в Москву для обсуждения соответствующих вопросов, связанных со встречей, если советская сторона относится к этому положительно.

Одновременно Шульц сообщил состав американской делегации на пле­нарных заседаниях во время встречи в верхах: Рейган, Шульц, Риган, Мак-фарлейн, Хартман. Кроме того, в зависимости от обсуждаемых вопросов будут присутствовать Нитце или Риджуэй. Запись будут вести Мэтлок или Палмер и Паррис. С каждой стороны за столом будут сидеть, как они пред­лагают, по 7 человек СУГУБО ДОВЕРИТЕЛЬНО 4 страница. В переговорах Громыко проявлял большое упорство и настойчивость. На обеде от имени президента и его супруги с амери­канской стороны будут присутствовать Шульц,- Риган, Макфарлейн, Хартман.

Как полагает американская сторона, вначале состоится беседа глав делегаций наедине, тогда же будет произведен обмен памятными подар­ками.

13 октября Рейган выступил по радио с изложением в общей форме позиции США по вопросам ограничения вооружений. По существу, это был прежний подход. Он утверждал, что США „отстали" от СССР в области стратегических ядерных вооружений и что поэтому необходимо прежде всего „восстановить нарушенное равновесие". Заявления советских руково­дителей о том, что СССР не осуществляет планов милитаризации космоса, Рейган назвал „опасным обманом". Он вновь обвинил СССР СУГУБО ДОВЕРИТЕЛЬНО 4 страница. В переговорах Громыко проявлял большое упорство и настойчивость в нарушении заключенных в 70-е годы советско-американских договоров в области ограничения вооружений.

Таким образом, хотя до встречи в Женеве оставалось всего около месяца, взаимные публичные обвинения (особенно с американской стороны) про­должались, сбивая с толку общественное мнение, да и осложняя подготовку к встрече самих руководителей.

По возвращении из Москвы я, естественно, встретился с Шульцем. Он опять уклонился от конкретных высказываний по разоруженческим и космическим вопросам. При этом он в основном уповал „на здравый смысл президента" и „явное желание" последнего „продолжать, а не прерывать диалог с Горбачевым" после их встречи.

ПРЕЗИДЕНТ

РОНАЛЬД РЕЙГАН


На следующий день, 22 октября, я ужинал вдвоем с СУГУБО ДОВЕРИТЕЛЬНО 4 страница. В переговорах Громыко проявлял большое упорство и настойчивость Макфарлейном у нас в посольстве. Он рассказал, что Рейган начал вплотную готовиться к встрече с Горбачевым. Уже изучил „одиннадцать справок" о советском лидере и его политических взглядах. Было и несколько „репетиций" бесед президента с Генеральным секретарем. Проведен ряд совещаний Совета национальной безопасности, посвященных подготовке к встрече.

Большинство позиций по двум из трех областей уже одобрено (региональные и двусторонние вопросы). Одобрена и часть позиций по вопросам ограничения вооружений, однако важнейшие из них, признался он, продолжают быть предметом оживленной дискуссии и даже крупных споров в руководстве администрации.

Горбачев лично готовит встречу с Рейганом

24 октября на юбилейной сессии Генеральной Ассамблеи ООН СУГУБО ДОВЕРИТЕЛЬНО 4 страница. В переговорах Громыко проявлял большое упорство и настойчивость в Нью-Йорке выступил президент Рейган. Каких-либо заметных изменений в известном его подходе к Советскому Союзу - в свете предстоящей встречи на высшем уровне - не было. Он по-прежнему обвинял СССР в попытках „расширения сфер тоталитаризма", в нарушении международных согла­шений, защищал программу СОИ. Что касается новых советских предложе­ний по вопросам ядерных и космических вооружений, то президент заявил, что они „изучаются".

Шеварднадзе в своем выступлении подчеркнул значение новых советских предложений в области ядерных и космических вооружений, указав, что они предусматривают надежный контроль. Касаясь перспектив предстоящей через месяц встречи на высшем уровне, он выразил надежду, что США займут позицию СУГУБО ДОВЕРИТЕЛЬНО 4 страница. В переговорах Громыко проявлял большое упорство и настойчивость, которая позволит достичь договоренностей по вопросам, которые обсуждаются в Женеве.

Поскольку Рейган оказался в Нью-Йорке на сессии Генеральной Ассамблеи ООН, то состоялась встреча между ним и Шеварднадзе. Обмен мнениями под углом зрения предстоящей встречи на высшем уровне не выявил продвижения по существу самих вопросов. Вернувшись в Москву, Шеварднадзе доложил Политбюро, что по-прежнему совершенно неясно, о чем можно будет договориться на встрече в Женеве.

Горбачев решил тогда лично взяться за подготовку встречи с Рейганом. С этой целью он передал через меня приглашение Шульцу приехать в Москву.

Рабочий визит госсекретаря состоялся 4-5 ноября. Его сопровождал Макфарлейн. Горбачев предложил и СУГУБО ДОВЕРИТЕЛЬНО 4 страница. В переговорах Громыко проявлял большое упорство и настойчивость мне приехать на эту встречу.

5 ноября Горбачев принял Шульца в своем рабочем кабинете на 5-м этаже в здании ЦК. Кабинет был скромно обставлен для деловых встреч и совещаний. Горбачев не захотел принимать Шульца в Кремле, чтобы подчеркнуть тем самым рабочий характер их встречи.

Надо сказать, что Горбачев находился в несколько возбужденном состоянии. За час до встречи с Шульцем он пригласил к себе Шеварднадзе и меня (мы затем в том же составе беседовали с Шульцем и Макфарлейном), чтобы обсудить предстоящую встречу с американскими представителями. Сам Горбачев был заметно раздражен тем обстоятельством, что до встречи с Рейганом оставалось всего две недели СУГУБО ДОВЕРИТЕЛЬНО 4 страница. В переговорах Громыко проявлял большое упорство и настойчивость, но никакой ясности об основных ее вопросах и о возможном исходе не было. „От американцев слышны лишь общие рассуждения", суммировал он свое недовольство.

СУГУБО

ДОВЕРИТЕЛЬНО


Горбачев сказал нам далее, что его не устраивает лишь ознакомительная и протокольная встреча с президентом. Нужно иметь что-то более существенное, чтобы убедить скептиков (в Политбюро) в целесообразности вообще встречи с Рейганом. В то же время публичные выступления прези­дента по-прежнему звучат подчас так, как если бы ничего не изменилось и никакой встречи с ним и не предстоит.

Мы с Шеварднадзе в целом согласились с такой оценкой неудовлетвори­тельного положения дел и посоветовали Горбачеву поглубже „прощупать" Шульца.

Горбачев СУГУБО ДОВЕРИТЕЛЬНО 4 страница. В переговорах Громыко проявлял большое упорство и настойчивость сказал, что именно это он собирается сделать.

В ходе длительной и непростой беседы Горбачев подчеркнул Шульцу свою основную мысль о том, что советское руководство придает важное значение предстоящей встрече в Женеве и исходит из того, что ее проведение в конструктивном деловом ключе способствовало бы улучшению отношений между обеими странами, стабилизации обстановки в мире. При этом внимание высших руководителей США и СССР должно быть сосредоточено в первую очередь на вопросах безопасности обоих государств, прежде всего на решении центральной задачи, а именно недопущении гонки вооружений в космосе и прекращении ее на Земле.

Какое-то время заняла почти философская дискуссия вокруг СУГУБО ДОВЕРИТЕЛЬНО 4 страница. В переговорах Громыко проявлял большое упорство и настойчивость „ошибочных иллюзий", которые питают обе страны и их правительства в отношении слабостей друг друга и пытаются их использовать. Горбачев был особенно критичен.

В целом, беседа Горбачева с Шульцем проходила в откровенном духе. Горбачев не скрывал своих эмоций, когда говорил о пользе улучшений отно­шений между нашими странами и необходимости договоренности в области ядерных и космических вооружений. Особый упор он делал на критике программы СОИ (на мой взгляд, он переигрывал в этом вопросе, лишь укрепляя убежденность Рейгана и Шульца в важности этой программы).

Однако все попытки Горбачева завязать с госсекретарем США конкретный разговор по этим вопросам с целью нащупать СУГУБО ДОВЕРИТЕЛЬНО 4 страница. В переговорах Громыко проявлял большое упорство и настойчивость возможные области договоренности на предстоящей встрече с Рейганом не увенчались успехом. Шульц в своем обычном стиле, характерном для того периода, предпочитал вести диалог в общем плане, сопровождая его необязы­вающими высказываниями о важности самой встречи на высшем уровне. Не забыл он упомянуть и о правах человека (Горбачев снова отклонил этот вопрос).

Рассказывая на Политбюро о встрече с Шульцем, разочарованный Горбачев прямо сказал, что ему не удалось „завязать" госсекретаря на предметный разговор по центральным вопросам и что, судя по всему, у того „за душой" вообще не было большого багажа по вопросам предстоящей встречи в верхах.

Эти впечатления Горбачева определили суть директив СУГУБО ДОВЕРИТЕЛЬНО 4 страница. В переговорах Громыко проявлял большое упорство и настойчивость Политбюро к встрече с Рейганом. Это же позволило Горбачеву настроить членов Политбюро на результаты встречи, которые, возможно, не будут отвечать их ожиданиям, что развязывало ему руки для более свободной беседы с американским президентом.

Напористый Горбачев произвел на Шульца впечатление. Судя по поступавшим затем к нам в посольство сведениям, у Шульца после встречи с Горбачевым появилось тревожное чувство по поводу того, что на встрече в Женеве Горбачев может оказать новый, еще более сильный нажим на

ПРЕЗИДЕНТ

РОНАЛЬД РЕЙГАН


Рейгана по разоруженческим вопросам, а это в пропагандистском плане может поставить американского президента в сложное положение. Подобные сообщения из разных источников стали появляться и в СУГУБО ДОВЕРИТЕЛЬНО 4 страница. В переговорах Громыко проявлял большое упорство и настойчивость американской прессе. Рейган насторожился.

Узнав об этом, Горбачев в беседе со мной сказал, что он не заинтересо­ван в том, чтобы Рейган - под впечатлением всего этого - вел подготовку к встрече с ним как к большой пропагандистской битве. Наоборот, встреча должна носить, по возможности, взаимно ознакомительный характер. Надо максимально „прощупать" настроения Рейгана, но не доводить дело до конфронтационной тональности, хотя свои позиции и взгляды он намерен, конечно, изложить американскому президенту. Вообще встреча в Женеве -это скорее трамплин для будущего развития новых отношений с Рейганом, чем для достижения конкретных сиюминутных результатов, которых пока будет немного, подчеркнул Горбачев.


documentaiuexxx.html
documentaiuffif.html
documentaiufmsn.html
documentaiufucv.html
documentaiugbnd.html
Документ СУГУБО ДОВЕРИТЕЛЬНО 4 страница. В переговорах Громыко проявлял большое упорство и настойчивость