Чтобы играть, нужна больше, чем одна способность.

Школьная система первоначально концентрирует внимание на вер-бально-лингвистических способностях ребенка. Раньше я уже обсуждал не трудности, с которыми ребенок может столкнуться, если его способ­ности не вербально-лингвистические, по которым обычно измеряется IQ. В школе мне не очень хорошо давалось чтение, письмо, слушание, напи­сание контрольных работ. Просто даже само присутствие в классе было для меня болезненно. Будучи очень активным даже сегодня, я учусь луч­ше, бращаясь к способностям, заложенным в физическом, межличност­ном, внутриличностном, пространственном и математическом складе ума. Другими словами, я учусь лучше, привлекая больше, чем одну способ­ность. Я учусь лучше, делая, разговаривая, работая в группах Чтобы играть, нужна больше, чем одна способность., сотрудни­чая, соревнуясь и получая удовольствие. Получение разнообразной ин­формации через чтение и письмо - это самые болезненные способы для меня. Вот почему посещение школы было мучительно для меня, и поче­му я любил игры, будучи ребенком, и почему я их все еще люблю и се­годня, как взрослый. Чтобы учиться и побеждать в игре, нужен больше чем один талант. Игры - чаще - лучше учителя, они лучше, чем учитель, "1 стоящий перед классом и читающий лекцию.

Я ненавидел сидеть в ограниченном пространстве класса. Я все еще до сих пор отказываюсь сидеть в офисе. Я часто слышу людей, говоря­щих: «Когда-нибудь у Чтобы играть, нужна больше, чем одна способность. меня будет угловой офис с окнами с двух сторон». Я никогда не хотел сидеть в офисе. Я владею офисными зданиями, но у меня нет офиса. Если мне приходится проводить встречу, я провожу ее в конференц-зале компании или иду в ресторан. Я ненавидел быть заклю­ченным в пространстве, будучи ребенком, я ненавижу быть заключен­ным сегодня. Лучший способ держать меня в ограниченном пространстве


60 богатый ребенок Умный ребенок

- это играть в игру, и сегодня я иду работать и продолжаю играть в игры

- настоящими деньгами. Я играю, потому что так я учусь лучше.

Когда мой настоящий папа увидел мою любовь к играм и спорту Чтобы играть, нужна больше, чем одна способность., он понял, что я учусь лучше делая что-то, чем слушая. Он знал, что я не буду хорошо заниматься в настоящем академическом колледже. Осознавая, что я был активным учеником, он начал помогать мне выбирать колледж, где учили бы больше действиями, чем лекциями. Я подал заявление и был выдвинут кандидатом в Военно-Морскую Академию США. Я подал заявления в учебные заведения, которые послали бы меня в море на ко­рабле учиться по всему миру. Я учился быть морским офицером на борту корабля. После окончания, я отправился в морскую пехоту учиться ле­тать, и мне нравилось это. Мне нравилось учиться на борту корабля Чтобы играть, нужна больше, чем одна способность., и мне нравилось учиться внутри самолета.

Я был способен переносить необходимую работу в ограниченном пространстве класса, потому что она вела к реальному изучению плава­ния и полетов. Я учился в аудитории, потому что я хотел учиться, и, ког­да я хотел учиться, я учился упорнее, мне не было скучно, я чувствовал себя умнее и я получал лучшие отметки. Лучшие отметки означали, что я мог заниматься захватывающими делами, такими как плаванье и полеты на Гаити, в Японию, Аляску, Австралию, Новую Зеландию, Европу, Юж­ную Америку, Африку, но конечно же, Вьетнам.



Если бы мой настоящий папа не объяснил мне различные методы Чтобы играть, нужна больше, чем одна способность. обучения, я, возможно, был бы исключен из школы. Я бы, возможно, выбрал обычное учебное заведение, я бы скучал, гулял бы слишком мно­го и прекратил бы посещать занятия. Я ненавижу быть заключенным, я ненавижу, когда мне скучно и читают лекции, и я ненавижу изучать пред­меты, которых я не вижу, не чувствую, не могу дотронуться. У моего отца был вербально-лингвистический интеллект, но он был достаточно умен, чтобы знать, что у его детей его не было. Он редко критиковал нас за то, что мы плохо занимались в школе, даже тогда, когда он возглавлял де­партамент образования Чтобы играть, нужна больше, чем одна способность., потому что он знал, что его четверо детей учатся по-другому. Вместо того чтобы осуждать нас за плохие оценки, он по­могал нам найти способы, используя которые мы бы занимались лучше.

Мой настоящий папа знал, что в конце учебы мне нужен был сти­мул, нужна была награда. Он знал, что я был достаточно непокорный и непослушный, чтобы просто выполнять команду «Иди в школу». Мне нужна была причина. Он был достаточно умен, чтобы знать, что его сло­ва: «Ходи в школу, получай хорошие отметки - так ты сможешь полу­чить хорошую работу и сидеть в офисе» не побуждали меня любить шко­лу. Он знал Чтобы играть, нужна больше, чем одна способность., что мне нужно учить то, что я хотел учить, учиться так, как мне было лучше и что я должен иметь удивительную награду в конце учебы. Он помог мне понять это обо мне. Хотя ему не очень нравилась моя игра в Монополию часами с богатым отцом, он был достаточно ум­ным учителем, чтобы знать, что я играю за награды, которые я могу по­лучить от игры. Он знал, я мог видеть свое будущее. Поэтому он гово-




если ВЫ ХОТИТЕ БЫТЬ БОГАТЫМ, ВЫ ДОЛЖНЫ ВЫПОЛНЯТЬ ДОМАШНЕЕ ЗАДАНИЕ


рил: «Ходи в школу и посмотри мир. Ты сможешь играть в Монополию по Чтобы играть, нужна больше, чем одна способность. всему миру. Я не могу позволить себе послать тебя, посмотреть мир, но если ты поступишь в школу, которая позволит тебе учиться по всему миру, ты будешь наслаждаться своим образованием.

Мой папа не осознавал, что эта идея застрянет в моей голове, но она застряла. Для него путешествие по миру, чтобы играть в Монополию, не было никакого смысла. Но однажды, увидев меня, загоревшимся мыс­лью путешествовать по миру, чтобы учиться, он начал поощрять меня. Он нашел то, что заинтересовало меня. Ему даже начала нравиться моя идея игры в Монополию, хотя он не мог понять, как можно вкладывать в недвижимость во всем Чтобы играть, нужна больше, чем одна способность. мире, потому это не было его реальностью; но он мог видеть это, становившееся частью моей реальности. С тех пор как у меня была игра Монополия, он начал приносить домой больше книг о походах в море и о всемирных путешествиях.

Итак, в конце даже мой школьный учитель папа не имел ничего про­тив игры в Монополию. Он мог видеть, что это не только была забава, но я интересовался этим. Он был способен сочетать игру с предметами, ко­торые я хотел изучать. Он нашел награду, за которую бы я учился усерд­нее - и этой наградой было путешествие по миру и игра в Монополию Чтобы играть, нужна больше, чем одна способность. в реальной жизни. Он чувствовал, что это была детская и незрелая реаль­ность, но это была реальность, которая могла взволновать меня. Каким-то образом мой папа знал, что, когда я игра. в Монополию, я могу видеть свое будущее в конце игры. Он не мог видеть это, но он знал, я могу видеть это, и он использовал то, что я видел или начинал видеть, как стимул, чтобы удержать меня в школе и учиться усердно. Сегодня я пу­тешествую по миру и играю в Монополию настоящими деньгами. Хотя мои умения в чтении и письме - не сильны, я читаю Чтобы играть, нужна больше, чем одна способность. и пишу, потому мой школьный учитель папа был достаточно умен, чтобы найти предметы, которыми бы я заинтересовался, а не заставлять меня заниматься пред­метами, которые мне не интересны.


documentaiumavp.html
documentaiumifx.html
documentaiumpqf.html
documentaiumxan.html
documentaiunekv.html
Документ Чтобы играть, нужна больше, чем одна способность.